Как мексиканское кино вступило в свой второй «Золотой Век»

26.12.2018
В продолжение темы мексиканского кино публикуем перевод статьи, в которой разбираются изменения, произошедшие в мексиканском кино за последние 15 лет, и причины, по которым сейчас оно переживает очевидный период расцвета

Карлос Агилар для Americas Quarterly

Успех мексиканских фильммейкеров в Голливуде и вне его не случился внезапно

22 февраля 2015 года, за несколько месяцев до печально известной встречи Шона Пенна с наркобароном Хоакином «Коротышкой» Гусманом, голливудский актер отметился историей с еще одним узнаваемым мексиканцем.

Это произошло на 87-й церемонии премии «Оскар», где Пенн вручал награду за лучший фильм. Он зачитал список номинантов, вскрыл конверт и…

«Кто дал этому сукиному сыну грин-карту?!»

Ухмыляющийся Пенн объявил, что Алехандро Гонсалес Иньярриту и его фильм «Бердмэн» выиграли четвертую награду за вечер – на этот раз за «Лучший фильм». Это случилось через год после того, как другой мексиканский фильммейкер, Альфонсо Куарон, увез домой «Оскар» лучшему режиссеру за «Гравитацию». История повторилась и в 2016 году: Иньярриту получил еще один «Оскар» за свой «фронтирный» триллер «Выживший». [В 2018 году триумфатором стал еще один мексиканец, Гильермо дель Торо с «Формой воды» – прим. пер.]

Зрителей «Оскара» можно простить за то, что они думают, будто бы Мексика захватила Голливуд. В самом деле, кажется, что взлет Иньярриту, Куарона и их коллеги Гильермо дель Торо – американская пресса иногда называет их «три амиго» – взялся из ниоткуда.

Три амиго: Куарон, Иньярриту, дель Торо

Но, по правде говоря, у них и до этого было довольно прочное положение в Голливуде, и это связано, помимо прочего, с впечатляющим развитием мексиканского кино за последние пару десятков лет.

Поразительный взлет Иньярриту, Куарона и дел Торо начался, когда киноиндустрия в Мексике находилась в переходной стадии: спустя много лет после так называемого «Золотого века» и до того, что можно окрестить вторым мексиканским кинематографическим бумом.

Возможно, в числе других латиноамериканских стран именно Мексика может похвастаться длительной историей кинотрадиций и успехов. Ее «Золотой век» длился с 1930-х по 1950-е гг. и привел к появлению таких незабываемых личностей, как Мария Феликс, Долорес дель Рио и Педро Инфанте. Но современная киноиндустрия Мексики была только еще на этапе своего становления, когда Иньярриту получил первую номинацию на «Оскар» за «Суку-любовь» в 2000 году. В том же году в Мексике создали всего 28 фильмов – меньше пятой части того, сколько было в 1950-е гг., в пиковое время «Золотого века».

Недостаток государственной поддержки для разработки проектов – ключевой элемент финансирования международных фильмов в настоящий момент – возможно, то, что виновато в таком небольшом количестве законченных фильмов в начале 2000-х гг. Этим же можно объяснить, почему ведущие мексиканские режиссеры отправились в США.

В самом деле, именно в это время «три амиго» в каком-то смысле отделились от киноиндустрии Мексики. «И твою маму тоже», хит Куарона 2001 года и фильм, который сделал актеров Гаэля Гарсию Берналя и Диего Луну международными звездами, стал, в общем-то, последним проектом, в котором кто-то из этой тройки режиссеров рассказывал по-настоящему «мексиканскую» историю. Хотя «Бьютифул» Иньярриту (2010) и «Лабиринт фавна» дель Торо (2006) частично финансировались из мексиканских источников, оба фильма рассказывали истории, действие которых происходило в Испании, и актеры тоже были, в основном, испанскими.

И твою маму тоже / Y tu mamá también (2001)

Тем временем, в самой Мексике происходило что-то невероятное: возобновившиеся творческие течения снова постепенно превращали киноиндустрию страны в один из самых значительных культурных феноменов в Латинской Америке.

Под конец 2000-х гг. мексиканская киноиндустрия обрела новую жизнь, когда государственное стимулирование, образовательные центры и частные инвестиции стали более доступными. Опытные режиссеры вроде Карлоса Карреры («Тайна отца Амаро»), чьи первые фильмы появились в 1990-х гг., получили возможность и деньги создавать более крупные и изобретательные фильмы, чем раньше. Также поощрялось создание новым поколением фильммейкеров как рискованных, фестивальных и артхаусных проектов, так и более легких и коммерческих фильмов. Подобная сегментация привела к творческому подъему в других национальных кинематографиях, и Мексика не стала исключением. Рост мексиканского кинопроизводства был ошеломляющим: меньше чем через 15 лет после жалкого начала 2000-х гг. в одном только 2014 году в Мексике было произведено 130 фильмов – число, которое может увеличиться, когда выйдет статистика за 2015 год.

Пока Иньярриту, Куарон и дель Торо добивались признания в США, успех пришел и к менее известным фильммейкерам в Мексике – и в разных областях. За счет прямоты и бескомпромиссности в тематике и особой чувственности в стилистике мексиканские артхаусные фильмы стали завсегдатаями фестивалей по всему миру, от Канн до Торонто, где часто оказывались среди лауреатов. И хотя их фильмы могут быть незнакомы для знатоков «Оскара», мексиканские auteurs Карлос Рейгадас и Амат Эскаланте два года подряд увозили приз за лучшую режиссуру Каннского кинофестиваля: за «После мрака свет» (2012) и «Эли» (2013), соответственно. Мишель Франко, еще одна восходящая фигура на альтернативной кинематографической сцене Мексики, стал лауреатом программы «Особый взгляд» на Каннском кинофестивале в 2012 году с «После Люсии», отрезвляющим фильмом о травле.

После мрака свет / Post Tenebras Lux (2012)

Что касается коммерческой стороны, то мексиканские артисты также постепенно стали доминировать на испаноязычном рынке США. Эухенио Дербес, комик, ставший режиссером, – главный пример способности мексиканского кино самого по себе приносить большие прибыли. Дербес сменил успешную карьеру на мексиканской телесети Televisa на кресло режиссера с фильмом «Инструкции не прилагаются», дебютным проектом, в котором он также выступил в роли сценариста, продюсера и актера. Фильм не только стал самым прибыльным в истории мексиканского бокс-офиса, но и самым успешным испаноязычным фильмом, когда-либо выпущенным в американский прокат. Посмотрим, сколько продержится этот рекорд: в США на данный момент проживает 37 млн. испаноговорящих людей, и запрос на билингвальные и испаноязычные искусство и культуру только возрастает, – значит, коммерческие перспективы фильмов мексиканского производства в США кажутся весьма радужными.

Инструкции не прилагаются / No se aceptan devoluciones (2013)

И как бизнес, и как следствие этих демографических изменений мексиканское кинопроизводство стало более совершенным и коммерчески, и в качестве канала независимого искусства. Базирующаяся в США производственная и дистрибьюционная компания Pantelion, совместное предприятие Televisa и Lionsgate, ответственна за производство нескольких фильмов в течение 2010-х гг., которые могут похвастаться приличными сборами по обе стороны границы. Пойдя проторенным своими коллегами в других странах путем, актеры Диего Луна, Гаэль Гарсия Берналь, Пабло Крус и Елена Фортес извлекли выгоду из своей популярности, основав Canana, независимую производственную компанию, нацеленную поддерживать истории, которые не совсем вписываются в рамки коммерчески направленных компаний, вроде Pantelion.

Тем временем, мексиканские анимационные фильмы не только обрели успех на международной арене, но и принесли значительную прибыль. «Топ Кэт», переосмысление мультсериала ‘Hanna-Barbera Top Cat’ режиссером Альберто Маром и Anima Studios, в 2011 году вышло в прокат одновременно в дюжине стран.

Возможно, самое обнадеживающее достижение мексиканского кино последнего времени – это увеличение количества женщин-режиссеров в индустрии, в которой традиционно доминируют мужчины. Режиссеры вроде Марианны Ченильо, Клаудии Сэйнт-Люче и Андреа Мартинес Кроутер сразу приходят на ум. Гендерный дисбаланс все еще вызывает тревогу, но все же ситуация значительно изменилась за довольно короткий срок.

Очевидно, мексиканской киноиндустрии для самоутверждения больше не нужны «Оскары» или талант нескольких отдельных личностей – даже если со стороны Голливуда кажется так. Пока Иньярриту, Куарон и дель Торо сметают голливудские награды, множество других мексиканских режиссеров, актеров и продюсеров получают признание в качестве художников и деятелей культуры.

Кинофестиваль в Гвадалахаре

Но остаются и некоторые проблемы, такие как нехватка выставочных площадок или недостаток эффективных домашних дистрибьюционных сетей, но пробелы постепенно заполняются за счет увеличения числа местных кинофестивалей, например, в Морелии, Гвадалахаре и Лос-Кабосе. На этих фестивалях не только проходит смотр талантов мексиканской киноиндустрии, но они также способствуют развитию творческого потенциала, который непременно выведет Мексику на ведущие роли в мировом кино в ближайшие десятилетия. «Три амиго» могут гордиться. А те, кто вручают «Оскар», должны продолжать практиковать свой испанский.


Агилар – киножурналист-фрилансер, критик и фильммейкер из Мехико. В 2014 году наряду с пятью другими молодыми кинокритиками стал стипендиатом фонда Роджера Эберта, организованного Sundance Institute и IndieWire. Базируется в Лос-Анджелесе.

Оригинал статьи: Americas Quarterly

Перевод Александры Веселовой специально для Иноекино

в кинотеатрах c 17 января 2019
Наше время / Nuestro tiempo
Мексика, Франция, Германия, Дания, Швеция. 2018

Режиссер: Карлос Рейгадас
В главных ролях: Наталия Лопес, Карлос Рейгадас, Фил Бёрджес, Рут Рейгадас, Элеасар Рейгадас
Хронометраж: 173 мин.
18+
в кинотеатрах c 17 января 2019
'